Василий Сергеев (vasily_sergeev) wrote,
Василий Сергеев
vasily_sergeev

Без заголовка

Автор - Dmitry_Shvarts. Это цитата этого сообщения
Звёзды в Музыкальной гостиной «Анна Герман»

История песен «Надежда» (1974), «А он мне нравится» (1975), «Когда цвели сады» (1976), «Белая черемуха» (1976), «Эхо любви» (1977) и «Весеннее танго» (1979)

 

 

Уникальность Анны Герман заключается уже в том, что она с одинаковым правом может считаться достоянием, как польской, так и советской эстрады. И ещё неизвестно, в какой стране певицу любили больше. Да, находились советские чиновники, которые недовольно морщили нос при выходе очередной пластинке Герман на «Мелодии» — мол, «что у нас — своих певиц не хватает?». Главное – что пластинки выходили, гастроли проходили – и всё это на фоне самой горячей любви советской публики.

Из письма А. Герман — А. Качалиной, 1977:
«Я в Донецке с группой — 400 человек. Здесь проходят Дни дружбы молодежи польской и советской. Мои земляки-режиссеры, которые слышали, что я здесь популярна (поэтому пригласили), кажется, понятия не имели, что это слово значит. Каждый поёт в программе одну вещь, а я с трудом ухожу со сцены после четырёх песен, и то, извиняясь и обещая приехать на сольный концерт. Как мне приятно, Аничка!!!».

 

При этом, чем популярнее становилась Анна в СССР, тем больше её недолюбливали польские коллеги. Они считали Герман «старомодной» и одновременно завидовали её популярности. А за глаза презрительно называли певицу на русский манер — Аннушкой. Тому были и объективные причины — к концу 1970-х советско-польские отношения снова радикально испортились.

И хотя Герман до конца жизни считала себя польской певицей, а своим родным домом — Варшаву, в какой-то степени она действительно «наша». Ведь родилась будущая певица в Советском Союзе — конкретно на территории Узбекистана 14 февраля 1936 года. Правда ни русской, ни узбечкой она не была. Предками Герман были голландские протестанты — меннониты, которые переселились в Россию ещё по приглашению Екатерины II.

Впрочем, детские воспоминания были у Анны безрадостными. Когда девочке исполнился год, её отец попал под маховик репрессий — его обвинили в шпионаже и расстреляли. Далее последовали тяжёлые и голодные военные годы. Неудивительно, что в 1946 году мать Герман вышла за польского офицера, и семья переехала в Польшу. Но первым языком для Ани был русский, польский она выучит потом.

 

Жизнь вообще не баловала нашу героиню. Самая «белая полоса» пришлась на 1960-е годы. В 1964-м Анна покорила польских (и не только) слушателей песней «Танцующие Эвридики». А в 1966-м году продолжила свою карьеру в Италии, где стала первой певицей соцлагеря, выступившей на фестивале Сан-Ремо.



Однако «взлёт» был прерван страшной автокатострофой, произошедшей 27 августа 1967 года. Врачебная помощь была оказана Анне очень поздно, и «сломанную куклу» (как прозвали певицу хирурги) пришлось буквально собирать по частям. От последствий аварии Герман не оправится до конца жизни, однако в 1970 году найдёт в себе силы снова выйти на польскую сцену.

«Надежда» (1974)

Пластинки с польскими песнями Анны Герман выходили в СССР ещё в 1960-е годы. Однако настоящую славу у нас певица снискала, когда запела по-русски. Этим прорывом Анна обязана двум женщинам. Первой была музыкальный редактор студии «Мелодия» Анна Качалина, с которой Герман дружила и переписывалась до самой смерти. Второй женщиной стала композитор Александра Пахмутова, подарившая певице в 1973 году её первый советский суперхит «Надежда» (на стихи Николая Добронравова).

 

Сегодня эта песня настолько прочно ассоциируется с исполнением Анны Герман, что, подозреваю, не все замечают, что её текст, вообще-то, написан от лица мужчины — да ещё и мужчины вполне конкретной профессии (геолога). Отсюда и «компас», и «неизведанный путь», и «холодные рассветы».

Собственно, авторы и писали песню под мужской вокал. Поначалу они предложили «Надежду» Иосифу Кобзону.

И. Кобзон:
«Честно говоря, она на меня не произвела особого впечатления. Но я клавир взял и сказал, что обязательно на гастролях посмотрю. Ну, и — суета сует… Я забыл про эту песню».

Тем не менее, первым исполнителем «Надежды» стал всё-таки мужчина — артист МХАТа Юрий Пузырёв (тот самый, что пел другое произведение Пахмутовой — «Песню о тревожной молодости»). Но его исполнение мало кто слышал и помнит. Более известной стала, записанная в 1973 году, версия Эдиты Пьехи.



Но всенародную любовь песня получила лишь, когда была записана Анной Герман.
К тому времени певица только-только возвратилась на сцену и подыскивала себе новый репертуар. Анна Качалина отослала ей в Варшаву несколько новых песен Александры Пахмутовой — причём, по словам Пахмутовой, «Надежда» оказалась среди нот случайно. Однако Анна выбрала именно её.

Фрагмент письма Анны Герман к Анне Качалиной, 29 июля 1973 года:
«Здравствуй, Аничка! Эта песня Пахмутовой, которую я выбрала, – она новая? Её еще никто не записал? Если так – она, по-моему, будет очень популярна. Я её сама всё время пою. Слова мне тоже нравятся».

Н. Добронравов:
«Я её спросил: «Анна, а почему из нескольких песен вы выбрали именно «Надежду». И она, не раздумывая, ответила: «А потому что эта песня мне напомнила о моих друзьях геологах». Я тогда больше ничего не спросил и только потом узнал, что она закончила геолого-разведывательный факультет».

 
Александра Пахмутова, Анна Герман, Николай Добронравов, Анна Качалина, 10 июня 1974 года. 

Услышав новую версию, Пахмутова изменила своё мнение о «мужской» сути песни — настолько пронзительно спела её Герман.

А. Пахмутова:
«Мы в то время не знали, что Анна Герман — после тяжёлой катастрофы, что она, в общем-то, не поёт и плохо себя чувствует. Вот она была безнадёжно, казалось бы, больна и, может быть, ей песня помогла. Этого уже достаточно, чтобы написать песню.
Когда я её услышала, впечатление было какое-то невероятное. Вот какой-то такой у неё тембр… Потом она сама была такая, знаете ли, красивая, кроткая, чистая женщина…».

Фрагмент письма Анны Герман к Анне Качалиной, 14 февраля 1975 года:
«Ты знаешь, сколько я писем получаю из Советского Союза с тех времён, как пошла „Надежда“ в эфир по радио и T.V.?!! Из далёких сёл Сибири просят прислать пластинку с „Надеждой“, ведь до нас она не дойдёт, пишут. И моя радость и что-то вроде „противной гордости“ очень велика – просят именно в моём исполнении. Ура-а-а-а!!! Когда увидишь маленькую-большую Александру и её мужа, поцелуй и благодари от меня каждый раз, хорошо?»



Правда, на «Песне года» в 1975 году ни Герман, ни Пьеха присутствовать не смогли, и хит Пахмутовой снова исполнил мужчина — на этот раз Муслим Магомаев. Зрители немного удивились, но всё равно долго не отпускали певца со сцены, и «Надежду» пришлось исполнить ещё и на бис.



Ну, а для космонавтов эта песня даже стала неким талисманом. Слушать её перед полётом уже давно — добрая и устойчивая традиция.

А. Герман:
«Я была страшно гордой, когда узнала об этом. Хотя это и не в моей натуре. Просто очень обрадовалась… Понимаете, они прощаются с Землёй, ведь не знают на 100 процентов, вернутся ли. И важен не последний разговор, не объятия с женой, – хотя, может быть, им нельзя туда, жёнам? – но все равно, важна эта песня, обещание жизни, надежда… Они хотят верить, что все будет хорошо…».

«А он мне нравится» (1975)

Благодаря успеху «Надежды» и протежированию Качалиной, польская певица начинает всё чаще приезжать в СССР и работать с советскими композиторами. 
Сразу стоит сказать, что манера исполнения Анны Герман очень подходила установкам советской эстрады. В певице не было «звёздной» разнузданности, а её высокий голос всегда звучал с налётом грусти, а порой — и откровенного славянского страдания. Кто-то метко подметил, что почти во всех в песнях Герман можно услышать нотки русского романса (да и сами романсы она исполняла не раз).



А. Герман:
«Мне не раз говорили, что упустила блестящую возможность стать сверхпопулярной не только в СССР, но и в Европе, и в США, мол, именно на интересе к своему мужеству, преодолению можно было построить начальный этап завоевания мира эстрады, а потом, раскрутившись, петь то, что нравится. Правда, тут же оговаривались, что мои личные предпочтения и предпочтения европейской и осбенно американской публики разительно отличаются.
— Пани Анна, бросьте вы свои славянские вздохи, исключите потоки страдания в голосе, пойте веселые, заводные песенки, под которые прекрасно двигаются ноги. У вас великолепные вокальные данные, используйте их себе во благо.
Я не захотела петь веселые песенки, под которые прекрасно танцуется. Я хотела петь то, к чему лежала моя душа. И если из-за этого не заработала много денег, то мои родные меня простят».

 

Тем не менее, именно для Герман композитор Владимир Шаинский сочинил свою шуточную песенку «А он мне нравится» — с заразительным мотивом и стихами Александра Жигарева. Действительно, когда слышишь строчки

Мне говорят: «Он маленького роста»,
Мне говорят: «Одет он слишком просто»,
Мне говорят: «Поверь, что этот парень
Тебе не пара, совсем не пара»,

то сразу представляешь маленького неказистого композитора и стройную высокую певицу с греческим профилем.

 
Анна Герман и Владимир Шаинский.

В. Шаинский:
«Это была удивительная женщина. Красавица, высокая — рост 184 сантиметра. Если бы я был повыше…
…Если на неё смотреть издали, это была статуя Свободы. Известные мужики выше среднего роста отходили в стороночку. А я, в особенности, если надо было вручить Анне цветы, старался это делать из партера, чтоб не становиться с ней рядом».



Надо сказать, что певицу прямым текстом отговаривали от исполнения «А он мне нравится». Качалина сразу предупредила, что худсовет считает песню «пошловатой» и совсем не подходящей сценическому образу Герман. Однако, Герман заявила, что именно это и хорошо — ей крайне не хватало в репертуаре весёлых заводных композиций.

Поэтому, не успел Шаинский показать песню певице, как спустя три дня та уже пела её на сцене. Поначалу «А он мне нравится» публика восприняла сдержанно, но длилась эта сдержанность недолго.

В. Шаинский:
«Эти стихи, несмотря на их внешнюю простоту, были очень талантливы. Они отражали и женскую душу, и женскую логику. И когда Анна это спела, зрители моментально подхватили эту песню и стали распевать. Для шлягера это очень важно, обычно люди подхватывают песни, которые им напоминают что-то из их жизни. А такие ситуации, как в этой песне, по жизни встречаются сплошь и рядом».

А. Качалина:
«Наш общий друг Боря Метальников даже написал ей письмо: «Не могу понять, как в одной пластинке ты поставила рядом «Из-за острова на стрежень» и эту низкопробную песню Шаинского…». Но Анечке нравились простые песенки, с юмором, она любила их петь».



«Когда цвели сады» (1976)

На этом сотрудничество Шаинского и Герман не прекратилось. В 1976 году композитор напишет, наверное, самый популярный хит певицы (в то время уж точно) — «Когда цвели сады». Несмотря на энергичный ритм, песня представляла собой горькую исповедь брошенной женщины.

Забавно, что «Сады» до Герман тоже никто не хотел петь. Да и я (как говорится, при всём уважении) всегда воспринимал текст Михаила Рябинина, как образчик поэтической пошлятины.

…И платье шилось белое,
Когда цвели сады…
Ну что же тут поделаешь —
Другую встретил ты.

Красивая и смелая 
Дорогу перешла —
Черешней скороспелою
Любовь ее была…

Одного отрицать нельзя — подобные незатейливые тексты про несчастную любовь, далёкий от снобизма, народ всегда любил. А учитывая запоминающуюся мелодию, можно было без труда предсказать, что «Когда цвели сады» — потенциальный хит.

В. Шаинский:
«Хочу отметить, что просто создать стихотворение — это одно, а написать шлягер, — совсем другое. Не всякий хороший поэт способен сочинить стихи, подходящие для песни. Вот Михаил Рябинин, еще один мой «напарник», был как раз поэтом-песенником. Помните: «Один раз в год сады цветут», «Обручальное кольцо», «Родительский дом»? (видимо, не случайно слова всех этих песен меня изрядно раздражали — С.К.)».

Однако главную роль в потрясающем успехе «Садов» сыграла именно Герман, которой удалось, максимально «облагородить» текст. Её душевный голос с нотками страдания заставил многих слушателей забыть про набор банальностей и искренне сопереживать героине. Недаром, когда Анна впервые исполнила песню, Шаинский восхищённо воскликнул: «А я и не предполагал, что её можно так спеть!»

 

Стахан Рахимов, певец:
«Вот эта песня у моей Аллы (Алла Иошпе — его жена и певица — С.К.) лежала, наверно, год. Миша Рябинин принёс и говорит: «Вот что надо тебе петь!». А она же у меня философский факультет заканчивала… Когда увидела эти стихи, сказала: «Нет, я это петь не буду». Потом, когда спела Анечка, Алла не жалела. Потому что Аня так спела, что там уже текста никто не видит. Понимаете? Видят только этот сюжет, который есть — и всё».



Триумфальное исполнение «Садов» состоялось на сцене финального концерта «Песни года — 77». Кстати, Герман впервые выступала на этом советском конкурсе. На «Песне -75» ей появится так и не удалось — певица была беременна, поэтому её хит «Надежда» тогда исполнил Муслим Магомаев. 
Герман очень не хотела, чтобы «Когда цвели сады» звучала под фонограмму и, благодаря авторитету Шаинского, стала единственной, кто пел на «Песне — 77» вживую.

 

В. Шаинский:
«Никто не знал, как зритель воспримет эту песню. И вот Анна спела. Что творилось в зале! Таких оваций я никогда не слышал! Публика в телевизионной студии буквально неистовствовала, прося исполнить «Когда цвели сады» на бис. На таких съёмках никто никогда не поёт на бис, как бы ни принимала публика. Ведь это не концерт, это телевизионный процесс, всё рассчитано по минутам! Но для Анны было сделано исключение, и песня прозвучала ещё раз».

«Белая черёмуха» (1976)

Интересно, что второй «ботанический» хит Герман заполучила практически одновременно с «Садами». В тот же самый приезд в Москву она познакомилась с молодым (и мало кому тогда известным) композитором Вячеславом Добрыниным. Свёл их, вышеупомянутый автор слов «А он мне нравится» — Александр Жигарев. Жигарев давно и хорошо знал Анну, ибо по профессии был журналистом и специализировался на работе с польскими артистами, посещавшими Советский Союз. Недаром впоследствии он опубликует свою книгу воспоминаний о певице.

 
Анна Герман и Александр Жигарев. 18 марта 1977 года.

В. Добрынин:
«Однажды он пришёл ко мне в гости с Анной Герман. …Она говорит: «А, знаете, я слышала, что вы пишете очень модные песни. А есть что-то такое, чтобы я могла спеть? Неклассическое?». Я говорю: «Я не знаю». А Александр Жигарев сказал: «Знаете, у меня есть бумажка [со стихами]».
Аня [посмотрела и] говорит: «А, знаете, мне это нравится: «Белый цвет. черёмухи цвет…» и начала что-то напевать. Сама. А я в это время стал ей аккомпанировать. И в это время неожиданно ко мне приходит поэт Михаил Пляцковский. Он взял эти слова и ушёл в другую комнату…».

 

Так, дружным коллективом, и был сочинён шлягер «Белая черёмуха». Надо сказать, что в пошлости он немногим уступал «Садам». Что опять-таки никак не повлияло на популярность песни в народе.

А. Герман:
«Конечно, песни, созданные на основе высокой поэзии, великолепны, но это песни праздничные, это не на каждый день. А ведь людям ещё нужны и будничные песни. Ведь жизнь не очень легкая, у каждого свои проблемы, и от этих проблем надо отвлечься, просто немножко рассеяться. Поэтому ещё раз повторяю: хорошие шлягеры очень нужны».

Записывал песню ансамбль ЛЕЙСЯ, ПЕСНЯ, а над аранжировкой работал ни кто иной, как будущий «шансонье» — Михаил Шуфутинский. Герман хотела записаться с ансамблем вживую, но у Добрынина были свои требования к качеству фонограммы. Все инструменты писались отдельно и долго. Поэтому певице пришлось ждать в студии целых 7 часов, прежде чем фонограмма была готова. В результате, осталось всего 9 минут свободного студийного времени. Добрынин уже собирался перенести запись вокала на следующий день, когда Герман взяла и спела всё без сучка и задоринки с первого дубля.



«Эхо любви» (1977)

Как я уже писал, самым популярным хитом польской певицы Анны Герман во второй половине 1970-х годов бесспорно была песня «Когда цвели сады». Однако время расставило всё по своим местам. И сегодня слушатели больше ценят не пошловатый шлягер про «красивую и смелую», а замечательную балладу «Эхо любви». Я до сих пор считаю её пиком творчества Герман, где гармонично сошлись все составляющие — голос певицы, музыка Евгения Птичкина и стихи Роберта Рождественского.

 

Нельзя не упомянуть и ещё одного «соавтора» — режиссёра Евгения Матвеева. Едва он задумал снимать к-ф «Судьба» (ещё не было даже сценария), как сразу понял, что лейтмотивом картины должна стать песня в исполнении Анны Герман.

Е. Матвеев:
«Причуды в творчестве неисповедимы. И эта песня создавалась не по общеизвестным канонам. Как ни странно, родился, прежде всего, голос. В моём режиссерском сознании, в моем ощущении родился голос хрупкий, нежный, ласковый, который мог бы передать тончайшие нюансы сложной любви. И этот голос был Анны Герман. И когда я поделился этой мыслью с поэтом Робертом Рождественским, композитором Евгением Птичкиным и Петром Проскуриным, автором романа «Судьба» — они все пришли в восторг от идеи, что это должна петь Анна Герман. Ещё мы не знали слов, ещё не знали музыки, знали лишь одно: должна петь Анна. Нежная полифония её голоса может передать все тонкости этого удивительного человеческого чувства».

И слова и мелодия песни были написаны, на удивление, легко и быстро.

Анна Качалина:
«Песня была написана за одну ночь, композитор Птичкин записывал одной рукой ноты, другой тут же наигрывал на рояле рождающуюся мелодию».



Когда песня была готова, в Варшаву полетела телеграмма, и тут же получен ответ: «Счастлива петь в вашем фильме». Следом были посланы ноты (с опаской — а вдруг не понравится?). И снова – незамедлительное согласие.

Из письма Анны Герман к Анне Качалиной, 24 января 1977 года:
«Эта песня для фильма – очень хороша. Я послала телеграмму с тональностью, только вот боюсь, не перепутали они на почте что-нибудь. Они прислали мне ноты в C-moll, а мне надо на полтона выше – Cis-moll. Аничка, в случае чего позвони, пожалуйста, тов. Матвееву и скажи об этом – и что я буду в половине марта».

 
Евгений Птичкин в студии «Мелодия» на записи песен Анны Герман, апрель 1980 года.

Ещё одним условием певицы была запись «вживую» — то есть, вместе с оркестром. К назначенному дню всё было готово. Анна вошла в студию и первым делом сняла каблуки, оставшись босиком. От предложения порепетировать она отказалась, чем немало удивила дирижёра Владимира Васильева. Пожав плечами, он взмахнул палочкой, и Герман начала петь. Неожиданно оркестр сбился. Пробуют второй раз — и снова то же самое. Виной тому оказалась не певица, а женщины-скрипачки, которые слушая пение Анны, не могли сдержать слёз. Дописать песню удалось лишь с третьей попытки.

…И даже в краю наползающей тьмы
За гранью смертельного круга
Я знаю, с тобой не расстанемся мы
Мы — память
Мы — память
Мы — звездная память друг друга.

Не смог сдержать слёз и сам Матвеев. Когда Герман спросила — не сделать ли ещё один дубль? — режиссёр буквально упал на колени, крепко обхватил певицу и воскликнул, что лучшего ему и не надо.



Стоило фильму «Судьба» выйти на экран, как на радио посыпались мешки писем с просьбами поставить «Эхо любви» в эфир. В результате, решили, что Герман исполнит песню на телевизионном конкурсе «Песня года — 77» — вместе с упомянутой «Когда цвели сады». Интересно, что когда ей об этом сообщили, то оказалось, что певица уже песню подзабыла («Постойте, «Эхо любви»? Да я ведь пела эту песню только раз»).
Организаторы конкурса решили, что песня лучше прозвучит дуэтом со Львом Лещенко. Правда, за всё выступление певцы ни разу друг к другу не приближались. Причиной была не только концептуальная задумка переклички двух влюблённых на расстоянии, но и высокий рост певицы, ставший уже притчей во языцех. И хотя Лев Валерьянович был не сильно ниже Анны, её каблуки добавляли лишних сантиметров. Поэтому Лещенко пел в отдалении, да ещё и стоя на ступеньках.



Судя по количеству перепевок, «Эхо любви» на сегодня — самый востребованный хит из всего репертуара Герман. Однако ни одна из новых версий так и не смогла превзойти оригинал. Пропустить песню через душу и голос — так, как это сделала Анна — под силу не каждому.

А. Герман:
«Где бы и когда ни исполняли, песня всегда вызывала не только аплодисменты, но и слезы. Видеть, как в зале плачут не только пожилые, много пережившие люди, но и молодежь, волнительно.
Значит, можно сказать о главном — о любви, не затерто, так, чтобы до слез трогало за душу? Просто и текст, и музыка, и сам фильм делались с душой.
Вот секрет, чтобы не скатиться к пошлости — делать всё с душой, тогда самые привычные, примелькавшиеся, затертые слова вдруг начнут звучать искренне, чисто и по-новому.
Снова пафосно? Зато верно».

«Весеннее танго» (1979)

Эту песню я поставил последней не только потому, что хочу завершить статью на позитивной ноте (это, учитывая судьбу Герман, вряд ли получится). Дело в том, что в дискографии певицы «Весеннее танго» впервые появляется на пластинке 1979 года.

 

Исполняла ли Герман песню раньше, мне установить так и не удалось. Зато хорошо известно время создания композиции — 1973 год.

Пластинка вообще внесла в историю «Весеннего танго» много путаницы. Во-первых, там песню почему-то переименовали в «Весну». Во-вторых, на конверте её автором ошибочно указана Людмила Иванова. Знаменитая исполнительница роли неуёмной Шурочки в к-ф «Служебный роман» действительно порю сочиняла стихи для песен своего мужа — барда Валерия Миляева. Но «Весеннее танго» Миляев полностью сочинил сам.

 
Анна Герман в гостях у Людмилы Ивановой в музыкальной программе «Песня далекая и близкая».

Приходит время, с юга птицы прилетают,
снеговые горы тают и не до сна.
Приходит время, люди головы теряют,
и это время называется «весна»…



Ещё до версии Анны Герман эту песню хорошо знали в бардовской среде. Поэтому там изрядно удивились, услышав, каким цензурным правкам подвергли «Весеннее танго» на пластинке. Наверное, это один из самых показательных примеров того, как советская цензура скатывалась к откровенной идиотии. Казалось бы, к чему можно придраться в этой безобидной позитивной песенке? Тем не менее, тонкому вкусу цензоров почему-то не понравилась строчка «Сколько головой о стенку не стучи…» и её заменили на «Сколько тут ни жалуйся и ни ворчи…». И уж совершенно идиотской вышла правка 3-го куплета, в котором изначально пелось:

Поезжай в Австралию без лишних слов,
Там сейчас как раз в разгаре осень…

Говорят, что в этих строках — да ещё и в устах польской певицы — чиновники услышали призыв к эмиграции. Иначе, чем объяснить, что «Австралию»потребовали заменить «Антарктикой», отчего строчки полностью теряли смысл?

Людмила Иванова:
«Аня потом очень смеялась, представляя, какова же антарктическая осень в её разгаре».



В 1980 году гастролям Анны Герман по СССР пришёл конец. Во время выступления в московских «Лужниках» у певицы прямо на сцене обострился тромбофлибит. Закончив последнюю песню, она вдруг поняла, что не может сделать ни шага. Пришлось выкручиваться — Анна а-капелла спела вместе с залом «Когда цвели сады», после чего кто-то догадался приглушить свет, и певица, опираясь на стулья, покинула сцену. Вскоре у неё обнаружили рак, и 26 августа 1982 года Герман не стало. Певице было всего 46 лет. ////////////////// А. Герман: «Ничего, что река жизни несёт нас к концу. Просто от нас зависит, какая она – эта река…».



___________________________________________

Автор: Сергей Курий


 

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Subscribe
promo vasily_sergeev march 3, 2013 13:30 149
Buy for 100 tokens
В журнале формируются СОДЕРЖАНИЯ: указатели на то, как перейти к соответствующим ресурсам. Поисковикам, библиотекам, новостным агентствам, картинным галереям, блоггерам - путешественникам... Ну, типа оглавления рунета - таким я вижу свой журнал. Текущего оглавления. Или текущего содержания…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments